НЕСКРОМНОЕ ЖЕЛАНИЕ. Подполковник-взяточник наказан на четыре года



Отдел милиции по борьбе с правонарушениями на потребительском рынке, что был при УВД области, у предпринимателей малой и средней руки всегда пользовался дурной славой. Как и многое в нашей стране, все начиналось за здравие, а завершилось, как говорится, за упокой. По замыслу он должен был заниматься «отловом» нечистых на руку дельцов, коих сегодня в мутных коммерческих водах развелось предостаточно. Но на деле получилось иное: его «бойцы», почувствовав запах легкой наживы, «крышевали» и «доили» своих подопечных. Бытует мнение, что именно это и стало причиной его скорого расформирования: уж слишком бесцеремонны были милиционеры в своих запросах.

НЕЖДАННО-НЕГАДАННО

В тот день, 20 августа 2004 года, в пункт приема лома цветных металлов, принадлежащий ООО «Метор», пришел невзрачный на вид мужчина лет 45. Пришел, чтобы, как и многие другие, сдать лом. Правда, после того, как с ним рассчитались, незнакомец достал служебное удостоверение и представился: подполковник милиции Ноздрин.

Контрольная закупка. Одел по борьбе с правонарушениями на потребительском рынке, — начал он разговор. — Предъявите разрешительные документы.

Тем временем на склад подтянулись его коллеги, которые начали изучать документацию. Появился даже оператор, чтобы зафиксировать милицейскую работу на видеокамеру.

Почему не составили приемно-сдаточный акт и не сделали отметку в своем журнале? — интересовались милиционеры. — Вы понимаете, что это нарушения, за которые у вас в дальнейшем могут даже отобрать лицензию?

В это время к пункту подъехал один из учредителей ООО «Метор» А. Каменский, с которым работники базы связались по сотовому телефону. Среди прочих милиционеров, одетых по-гражданке, он увидел Ноздрина, с которым за последние четыре года у него сложились весьма «нежные» отношения.

Познакомились они в 2000 году. Во время проверки учредительных и регистрационных документов Ноздрин пожаловался на плохую жизнь и потребовал от коммерсантов… аккумулятор. Те опешили и поначалу милиционеру в желаниях отказали. Но Ноздрин провел со строптивыми беседу: мол, коли мне не поможете, приставлю к пункту сотрудника — запоете по-другому, когда мужики к вам лом тащить перестанут. Не желая проблем, Ноздрину деньги дали —тысячу рублей. Так было положено начало «дружбы».

Со временем милицейские аппетиты росли, а с ними раз от раза опустошались карманы бизнесменов. Пиковым стал 2004 год. Подполковник «полюбил» появляться на складах и устраивать там большой переполох. Успокаивать его приходилось «гонорарами», которых в итоге набралось почти 20 тысяч рублей. Но в последний раз коммерсанты платить Ноздрину отказались.

На складе много недостатков, — обронил Ноздрин в сторону Каменского, заметив его появление. — Хочешь поговорить, приезжай ко мне в кабинет, там и разберемся.

Милиционеры ретировались, забрав с собой всю документацию и парализовав работу фирмы. Как водится, никаких актов ее изъятия они не составили, не взяли и объяснения у работников «Метора».

НЕ МОЖЕШЬ – НАУЧИМ, НЕ ХОЧЕШЬ – ЗАСТАВИМ

Вскоре в кабинете у Ноздрина, куда за документами пришел предприниматель, состоялся разговор.

— Что, решать будем? — поставил подполковник вопрос ребром.
— Как обычно.
— Как обычно уже не получится. У вас сколько приемных пунктов?
— Четыре.
— Четыре… Я еле сдерживаю своих сотрудников, с нас требуют результатов
(в это время по указанию губернатора проводилась проверка соблюдения правил приема цветных металлов. – Авт.). Мы шуруем по всей области. Естественно, если сейчас с тобой не поговорим… вы больше не будете вообще принимать металл. Просто-напросто лицензия будет отозвана, официально.

Неожиданно разговор прервал телефонный звонок.

— Вот так, — вернулся к беседе Ноздрин через несколько минут. — Написали нам бумагу с торговой инспекции. Ульянченко. Она раньше работала заместителем в «Орловской Ниве» по общепиту. Под ней были «Сударь», «Океан грез» и «Орловская Нива». Там на должностях директоров работали ее родственники. Когда проверили там, ну и … мы с ней, так сказать, подружились немножко. Потом ее назначили начальником торгинспекции. А их (старых руководителей ресторанов. — Авт.) снимать стали. И теперь торгинспекция начала на них (новых. — Авт.) это…
— Накатывать?
— Проверять, да, проверять. Но мы-то хоть каждый день можем…
— А они нет?
— А они раз в два года. Вот они нам письмо написали. Решили нашими руками, так сказать.
— И накрыли их?
— Вчера были. Проверяли «Сударь». Один из моих сотрудников в мае банкет там заказывал, за аренду заплатил десять тысяч. Подняли кассу за это число – денежек нет.
— Не пробили?
— Не пробили... Ну, короче, нужно помогать, — вернулся Ноздрин к теме разговора с коммерсантом. — У нас накрылся компьютер. Нам сказали, что он обойдется в 24 тысячи.
— Ну, это круто, Михайлович. Откуда я возьму?
— Я тебе сразу говорю, что грозит: от трехсот до четырехсот
(МРОТ. — Авт.). Минималка берется у нас со ста. Умножай на триста минималок – вот то, что тебе грозит.
— Тридцать.
— Считать умеешь… Определяйся, кто больше зла тебе сделает.

...Коммерсанту удалось сбить цену до пятнадцати тысяч рублей, которые он должен был отдать начальнику отделения при следующей встрече.

И НА СТАРУХУ БЫВАЕТ ПРОРУХА

В назначенный день милиционер предложил Каменскому пройти с ним в машину. Там коммерсант оставил деньги в «бардачке» и уехал по своим делам.

На перекрестке Ноздрин остановился на красный свет светофора. С левой стороны подъехали «Жигули», из них появились несколько человек.

— Милиция!

Ноздрин, сообразив, что его могут взять с поличным с мечеными деньгами, включил заднюю скорость, дал по газам и влетел в стоявший позади него автомобиль. Повредив его, вывернул на бордюр, и машина с визгом умчалась. Уже оказавшись на скамье подсудимых, Ноздрин утверждал, что в тот момент он якобы принял милиционеров за бандитов.

Оперативники управления по борьбе с организованной преступностью УВД области, а именно они «вели» подполковника-взяточника, передали ориентировку всем патрулям ГАИ. Вечером того же дня Ноздрина задержали в районе мотеля «Шипка».

Ребята, вы плохо сработали, все равно ничего не докажете: если сразу меня не взяли, то поезд ушел, — бравировал он перед убоповцами, когда те везли его в управление.

К слову, за два месяца до того, как его взяли, руководство МВД РФ объявило подполковнику благодарность с формулировкой «за образцовое исполнение служебных обязанностей и достигнутые успехи в обеспечении правопорядка».

...Вскоре Ноздрина арестовали. В сизо он коротал время в одной камере с другим милицейским «героем» — майором Митиным, который, напившись, из табельного оружия расстрелял всю обойму в сотрудников ГАИ, тормознувших его машину. По великой случайности обошлось без трупов…

В суде уголовное дело по обвинению Ноздрина, так и не признавшего себя виновным в получении взятки, рассматривалось несколько месяцев. По ходатайству гособвинения суд провел повторную фоноскопическую экспертизу, чтобы получить подтверждение, что голос взяткополучателя, записанный на диктофон, принадлежит Ноздрину, — рассказывает помощник прокурора Заводского района г. Орла Юрий Новосельцев. — В судебное заседание вызвали эксперта для отбора образцов голоса у подсудимого. Но когда его попросили произнести определенный текст для аудиозаписи, то с подполковником случился казус: он стал заикаться и мычать, перемежая все это продолжительными паузами. Закончилось все лишь тогда, когда судья И. Пауков сказал Ноздрину прекратить «шоу». Экспертизу провели в Туле, на чем настаивала защита подсудимого. Специалисты дали однозначное заключение, что голос человека, вымогавшего деньги, принадлежит подполковнику.

В феврале 2006 года Ноздрина признали виновным в получении взятки и приговорили к четырем годам лишения свободы. При этом в отличие от других орловских взяточников – чиновников и бывших милиционеров — он получил реальный срок, который ему придется мотать в специальной колонии общего режима, где содержатся бывшие сотрудники правоохранительных органов.

А пятнадцати тысяч рублей у подполковника так и не нашли. Так что сегодня в прокуратуре готовят иск о взыскании с Ноздрина в пользу государства пропавших денег, которые давали на операцию фирмачу сотрудники УБОПа.

По приговору суда Ноздрин лишен права занимать должности рядового и начальствующего состава в органах внутренних дел сроком на два года, но он не лишен специального звания – подполковник милиции, хотя на этом настаивало гособвинение. Иными словами, отсидев на зоне свой срок, он имеет право носить форму. Из органов внутренних дел он уволился лишь в октябре прошлого года как заслуженный пенсионер со всеми почестями и причитающимися выплатами. В трудовой книжке у него до сих пор значится: «Непрерывно служил в органах внутренних дел 25 лет, 01 месяц и 21 день».

18 мая 2006, 01:46  1496

Комментарии

Реклама

Ещё из раздела
"Криминал"